Новости

«Хочу сохранить романтизм и лирическую индивидуальность»


Имя Татьяны Анциферовой долгие годы не сходило с концертных афиш. Её хиты «Ищу тебя», «Мир без любимого», «Вчерашний дождь» и «Ну, чем я лучше» звучали из каждого окна. А у многих наших читателей, наверняка, до сих пор хранятся пластинки с песнями из телефильма «31 июня».


С той поры судьба певицы сильно изменилась. В музыкальных вечерах она теперь не участвует, сольных концертов не даёт. Но жизнь её по-прежнему полна интересных событий.


- Татьяна Владимировна, Вы по праву считаетесь одной из главных исполнительниц песен известного композитора Александра Зацепина, которому 10 марта исполнилось 90 лет. Что можете сказать о маэстро?


- Александр Сергеевич для меня, как отец родной. Ведь это благодаря ему я приехала из Украины в Москву – на запись песен к «31 июню». Слышала, что кандидатур на вокальные партии к фильму было немало, поэтому была приятно удивлена, когда узнала, что утвердили именно меня. А началось всё с лёгкой руки моего товарища – саксофониста Марка Беспалько, у которого были записаны на плёнку мои концертные номера. В то время Марик уже переехал из Харькова в первопрестольную и со своим коллективом был приглашён Зацепиным на студию для записи музыкальных композиций для фильмов.


При каких обстоятельствах Александр Сергеевич послушал мои концертные выступления не знаю, но в 1977 году он лично пригласил меня в Москву. Ехать не хотела, тем более и фамилию-то его я тогда ни разу не слышала. Да и желания покорить Олимп славы и прославиться на всю страну у меня никогда не возникало. Главное – качественно и профессионально выполнять свою работу.


- Тем не менее, благодаря его песням страна Вас узнала и полюбила. Но сегодня Вы почти не выходите на сцену. Отказываетесь?


- Да, последние годы я уже не выступаю. И это моё осознанное решение. После 55 лет на сцене должны работать только те, кто по праву остаётся стопроцентным исполнителем. Ведь с каждым годом голос меняется, увы, он становится менее пластичным. А тем более в 1983 году мой голос претерпел сильный удар: я перенесла сложнейшую операцию на щитовидной железе. И прошла она неудачно, фактически мне заблокировали половину голосового аппарата. Как я продержалась после всего этого на сцене ещё столько лет – одному только Богу известно. Наверное, я смогла восстановить и сохранить свой голос благодаря каждодневным тренировкам. Но ведь важность не в том, что диапазон уменьшается – мне узнаваемость и молодость голоса терять не хочется. Я совершенно не могу слушать наших знаменитых певиц, которые уже поют мужскими голосами. Просто стыд и позор! Чем же можно было так испортить свой голос: алкоголем, курением или наркозами и пластическими операциями? При этом они продолжают выходить на сцену, выступают под фонограмму и считают, что всё это – в порядке вещей. За сольный концерт ни одной живой ноты не издаётся. Четыре певицы – одна другой «краше». Не могу и не хочу становиться пятой, хотя я и сумела сохранить свой девичий голос.


Часто отказываюсь от записей, хотя мне постоянно присылают какие-то песни. Да, я слушаю их, но понимаю, что всё это не моё. Меня совершенно не интересует вторичная музыка. Не люблю русский шансон, романсы тоже давно не исполняю – последний раз пела «Утро туманное» и «Жаворонок» на экзамене в музыкальном училище. Почему-то многие авторы считают, что раз я взрослая женщина, значит можно подсунуть какой-нибудь репертуарчик «с душком». А я хочу модности, современности, хочу экспериментировать. С удовольствием записала бы что-нибудь в стиле босса-новы. Не хочу потерять свой романтизм, мелодизм и лирическую индивидуальность. Когда пою, я знаю, что – люблю, что могу влюбиться. Во время пения чувствую себя лет на восемнадцать. Правда.


Надоели песни об аморфной любви. Хочется чего-нибудь новенького. Но, главное, чтобы в песне была душа.


Видела как-то по телевизору концерт, посвящённый творчеству Зацепина. На сцене, в основном, выступали молодые артисты, но у многих из них пение, как музыка для бедных. Мне эти новые исполнители не понравились. Нет у них своего видения этих песен. Складывается впечатление, будто они наслушались старых версий и пытаются подражать. А получается так себе. Одно скажу – хорошо, что песни Зацепина до сих пор живут, их знают, любят и поют.


- А Вы с музыкой на «ты»?


- Сама музыку не пишу, я не композитор, но придумываю мелодии каждый день. И если не успею записать их на диктофон, значит через час уже всё забуду. (Улыбается). Для того, чтобы придумать музыку, всегда нужно от чего-то оттолкнуться. Например, Александр Сергеевич не любит писать на стихи. Он сочинит произведение, а потом на его музыку поэт кладёт слова. С чем, кстати, отлично справлялся Леонид Петрович Дербенёв – для него было важно сначала услышать музыкальное произведение.


Искренне рада, что Зацепин дожил до своего большого юбилея. Ведь его прелесть ещё и в том, что он продолжает писать музыку. А её можно писать только тогда, когда ты понимаешь жизнь, когда все человеческие чувства у тебя сохранены на уровне молодого человека. Нужны вдохновение и внутренняя страсть.


- Да, музыка Зацепина современна и сегодня. Вспоминаю сейчас его песню «Magic eyes», которую Вы записали лет восемь назад. Она исполнена в стиле джаз, а у Александра Сергеевича это редкий экземпляр.


- Сегодня же все поют его песни, созданные ещё в 60-70-е годы. Поэтому мои «Магические глаза» являются неким автографом композитора Зацепина начала XXI века. Хотя его почерк в песне всё равно узнаваем, и это важно.


- Эта композиция, если я не ошибаюсь, была записана Вами на студии под Донецком?


- Да, в селе Еленовка. К сожалению, 5 августа 2014 года она попала под перекрёстный огонь и была уничтожена. Рояль, гитары, барабанные установки – ничего не сохранилось. И погиб охранник…


- В начале 90-х годов Вы сотрудничали с известными рок-группами: «Калинов мост», «Ва-БанкЪ», «Запрещённые барабанщики», участвовали в рок-опере «Иисус Христос – суперзвезда», подарив нам великолепный образ Марии Магдалины. Откуда любовь к року?


- По поводу участия в «Суперзвезде» было всё просто – мне предложили, а я согласилась. А если говорить о группах, то в конце 80-х годов Коля Арутюнов пригласил меня для записи своей очередной песни в группу «Лига блюза». В начале 90-х я познакомилась с музыкантом Димой Ревякиным. Была тронута его манерой пения, его пониманием жизни. Он очень талантливый человек, но словно с другой планеты. В итоге я участвовала в создании одной из пластинок его группы «Калинов мост». Позже мне удалось немного поработать вместе с Александром Скляром в «Ва-Банке», а в конце девяностых выступала с ребятами из «Запрещённых барабанщиков».


У меня довольно широкий диапазон понимания музыки, поэтому я всегда была открыта к новым исполнениям. Пожалуй, в оперу бы только не пошла, а так – пожалуйста. Часто слушаю разную музыку и обязательно себя пробую в каждом жанре. Мне интересно, как бы я могла просуществовать в той или иной музыке.


- Знаю, что ещё школьницей Вы слушали пластинки с записями песен Мины, Джанни Моранди и Дина Рида. Полагаю, их творчество повлияло на формирование Вашего музыкального вкуса?


- У нас дома даже была пластинка «на костях» Элвиса Пресли. По-моему, её приобрёл дядя Шурик, мамин младший брат. Это он, кстати, предложил маме с папой назвать меня Татьяной.


В 60-е годы, когда на советских прилавках стали появляться пластинки зарубежной эстрады, родители их часто покупали. Мне очень нравились песни Джордже Марьяновича, Сальваторе Адамо, Мильвы, Марыли Родович, Лили Ивановой, Эмила Димитрова, Карела Готта, Рафаэля и Мирей Матье.


Если в песне нет ярко выраженной мелодии, то её трудно запомнить. Но у всех вышеперечисленных исполнителей они очень мелодичные, в них отлично прослушивается основная партия, исполняемая артистом. Конечно, всё это повлияло на мой музыкальный вкус. А ещё – у меня музыкальные родители. Владимир Константинович, мой папа, очень любил дома петь. Бабушка с дедушкой по отцовской линии и моя тётя тоже были на «ты» с музыкой. К сожалению, отца уже нет в живых, в 1975 году он погиб в автокатастрофе. А моей любимой мамочке – Валентине Николаевне 24 февраля исполнилось 85 лет. Дай Бог ей здоровья!


Кстати, у меня ни один день не проходит без знакомства с хорошей песней или творчеством какого-нибудь нового талантливого исполнителя. Есть в мире одарённая молодёжь. Например, Рене Олстид, Кьяра Чивелло и Мелоди Гардо. Послушайте и вы не разочаруетесь.


- Уверен, что многие наши читатели заслушивались и Вашими песнями, из того же «31 июня». Татьяна Владимировна, а приходилось ли Вам пересекаться в студии звукозаписи с Яаком Йоалой во время работы над этим фильмом?


- Ни разу. Наш дуэт писался поодиночке. (Улыбается). А познакомились мы с ним только весной 1979 года, когда записывали с «Араксом» песни для картины «Узнай меня». В один из вечеров, когда назавтра мне нужно было уезжать из Москвы, Зацепин предложил остаться у него переночевать. Пошла с утра в ванную, включаю свет, дёргаю дверную ручку – закрыто. Я снова к кнопке выключателя, потом – к двери. Всё равно закрыто. Вдруг открывается дверь и на меня из ванной смотрит мужчина. «Кто мне всё время выключает свет?», – недоумевает он. Конечно, оба растерялись и засмущались. Ведь раньше друг друга мы никогда не видели… Просто Александр Сергеевич забыл меня предупредить, что в эту же ночь в их квартире будет ночевать ещё один артист – Яак Йоала. Вот такая встреча.


- Я слышал, что кинофильм «31 июня» какое-то время пролежал на полке. Якобы по той причине, что песня «Мир без любимого» у «кого-то» ассоциировалась с именем театрального режиссёра Юрия Любимова, лишённого в 1984 году советского гражданства по причине публикации в газете «Times» его интервью Брайану Эпплъярду, в котором Юрий Петрович высказал свою критическую позицию по поводу культурной политики в СССР…


- Ещё повлияли те факты, что артист Александр Годунов остался в Америке, а песня «Звёздный мост» у кого-то в верхах власти ассоциировалась с НАСА.


Вероятно, всё это отразились и на моей дальнейшей творческой деятельности. Ведь после «31 июня» было совсем немного фильмов, где звучат песни в моём исполнении: «Узнай меня», «Утро без отметок», «Артистка из Грибова» и «Женщина дня». А в 2007 году я записала песню для сериала «Солдаты».


И если говорить о «31 июне», то этот фильм я ни разу не видела. Телевизор почти не смотрю, но если и включаю его, то отдаю предпочтение, в основном, музыкальным передачам. А все эти ток-шоу и политические сумасшествия на меня действуют негативно.


- Интересно, а пошли бы Вы в судейскую команду музыкального проекта «Голос»?


- Если б пригласили, то – да! Но это так ответственно. Особенно когда нужно выбрать из двух участников одного. Я всегда так переживаю за ребят.


- Слышал, что Вы преподаёте индивидуальные уроки вокала. Молодёжь, которая приходит к Вам на занятия, знает, кто такая Татьяна Анциферова?


- Удивительно, но… знают. Меня это радует и вдохновляет. Возможно, немузыкальные парни и девушки не вспомнят моих песен, хотя фамилия явно у многих на слуху. Прощальную олимпийскую песню «До свиданья, Москва!» знают все, а значит, слышали и об её исполнителях – Лещенко и Анциферовой. (Смеётся).



Богдан КОЛЕСНИКОВ

Фото из архива Т.Анциферовой

Нет комментариев

Добавить комментарий
Конструктор сайтов
Nethouse